Содержание | Рецензии /Ямиль Мустафин Камиль Зиганшин. Рецензии

Рецензии на книги автора

О ТВОРЧЕСТВЕ ПИСАТЕЛЯ ЗИГАНШИНА КАМИЛЯ.

Меня всегда радует, когда, читая талантливо написанную книгу, узнаю новое имя автора. Хотя в моем возрасте вроде пора бы уж успокоиться и попридержать свой восторг от прочитанной книги. Но за последние развальные, разрушительные годы, падение морали и нравственности, опустошение душ, особенно молодежи, когда, полные отвратительного натурализма, насилия, жестокости книги заполонили полки магазинов, встреча со светлым, чистым, талантливо созданным произведением не только радует, но и вселяет надежду, что Россия жива и существуют, появляются художники, продолжающие лучшие традиции русской классики и многонациональной советской литературы.

Особо хочу отметить, что, прочитанные мною книги созданы не в Белокаменной, а на Урале.

Автор талантливых, интересных, умных книг «Щедрый Буге»,"Боцман", "Маха", "Скитники", «Золото Алдана» Камиль Фарухшинович Зиганшин проживает в Уфе. Познакомился я с ним на Пленуме СП России случайно два года назад. Из разговора узнал, что он сменил немало серьезных, требующих ума и воли, чтобы не оказаться на обочине жизни профессий. Например, ну что может быть общего между такими специальностями, отличающимися как темная ночь от солнечного дня, как быть матросом на китобойце "Вольный" (Владивосток) и ведущим инженером Управления связи АПК "Башнефть" в советское время? Или: работать начальником радиолаборатории, а потом вдруг стать профессиональным охотником-промысловиком в Уссурийской тайге? Добывать осторожного чуткого соболя, требующего от охотника кроме физической выносливости, многотерпения, настойчивости, еще и умения читать хитросплетения следов, которые оставляет на снегу бесценный зверек. Попробуй пойми, какой из многочисленных следов верный? По какому идти?

А как вести себя при внезапной встрече с самым свирепым и опасным, хоть и некрупным хищником - росомахой, у которой когти крупнее, чем у медведя, злоба разве что сравнима с крысиной, попавшей в капкан. При встрече даже медведь, как правило, старается уступить тропу злющему, не признающему никаких правил, соседу...

Будущему писателю не однажды приходилось, холодея от пят до кончиков волос, встречаться "лоб в лоб" с уссурийским тигром.

Камиль Зиганшин написал пока всего пять книг. Но зато какая эта "пятёрка"! Подобная "пятёрка" может на равных соперничать с некоторыми многотомниками. Вспомним автора "Конька Горбунка"!

Автор этих книг глубоко, досконально знает свой материал, тонко чувствует и понимает загадочно-таинственную фауну и флору тайги. Автор не очеловечивает своих героев, не наделяет их человеческими качествами, а показывает их поведение в органичной связи с окружающей средой (экологией), нам понятной, близкой. К. Зиганшин "разговаривает' со своими персонажами как бы на ИХ языке. Ему чужды умиления городского жителя, впервые увидевшего, как рысь нежно обучает своего котенка охотиться, или игру развеселившихся норок, или "архитектурное" сооружение пичугой своего дивного жилища. И между тем автор замечательных книг мог подолгу наблюдать, как распускаются не особенно яркие, невзрачные цветы королей и принцев таежной флоры - жень-шеня и золотого корня... К. Зиганшин жизнь этих редкостных растений сравнивает с жизнью человека, который тоже вечно борется за выживание.

К. Зиганшин удивительно легко устанавливает взаимопонимание с животным и растительным миром только ему ведомыми методами, чутьем и тактом, характерным для человека чуткой души, наблюдательного, любящего и понимающего Природу! Зиганшин легко, охотно подчиняет свое поведение, чувства хозяевам тайги - зверью. Мне думается, что автор "пятёрки" строго блюдет мудрое изречение: в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Иначе бы К. Зиганшин не смог так зримо, правдиво и тепло рассказывать о потаенной жизни своих героев.

Благодаря такому уважительно-благородному отношению автора к философскому осмыслению взаимоотношения человека с таежным миром и мы - читатели тоже проникаемся любовью и каким-то новым добрым чувством к нашим "меньшим братьям", как сказал бы С. Есенин.

Человечество утешает себя тем, что время от времени устраивает так называемые заповедники для фауны и флоры, то есть таким же обитателям планеты Земля, как и человечество. А практически люди создают узаконенные, строго ограниченные резервации для животного мира и очень похожие на резервации индейцев в США, но только площадями крупнее.

Автор светлых произведений К. Зиганшин несколько лет работал штатным охотником в лесах Дальнего Востока, когда ему приходилось месяцами жить один на один с дикой природой. Жизнь охотника-промысловика недалеко ушла от образа жизни первобытного человека, что ярко, емко показал автор, и что до нервной встряски поражает читателя. Вот в те годы К. Зиганшин понял, осознал, как жестоко, чаще неправедно «всесильный» человек уничтожает жителей лесов, тайги... И не случайно писатель Зиганшин создал в Башкортостане "Фонд защиты диких животных» и учредил премию «Рыцарь леса» активно борющимся за сохранение и приумножение животного мира республики и её уникальной фауны.

В романах «Скитники» и «Золото Алдана» читатель встречается не только с богатой, разнообразной фауной и флорой Уссурийской тайги, Урала, Сибири, Севера, но и обогащается духовно, благодаря эстетико-философскому повествованию автора. Жизнь животного мира и человека переданы в органичной, взаимозависимой связи и без каких-либо натяжек, искусственных конфликтов или сантиментов. Даже когда борьба идет за жизнь человека с хищником, благородство человека, подспудное сознание, что в победе зверю можно сохранить жизнь, автор поступает гуманно - не убивает жителя тайги, сохраняет ему жизнь... И каким же счастливым, достойным звания человека чувствует себя автор после такой драматической схватки!

Ярко, образно, без перехлестов открывая нам неохватно богатые, часто нежно-красивые стороны таежной жизни, К. Зиганшин одновременно жестко и почти натуралистично противопоставляет чаще всего неразумное поведение человека по отношению к окружающей его среде. Человек уничтожает не только божественно совершенную красоту Природы, органично связанную с бытием человека, но он прежде всего убивает в себе добрые, гуманные начала, без которых человек уподобляется скотине...

В произведениях К. Зиганшина так же немало удивительно интересных, неожиданных практических советов, как должен вести себя человек, попавший в экстремальные условия, когда жизнь зависит от воли, умения воспользоваться подручными средствами. Порою эти эпизоды выписаны с юмором (беда-то уже позади!), пониманием слабости человека, особенно городского. И опять же, как важно уважительно, без верхоглядства относиться к Матушке-Природе, частью которой мы сами и являемся.

Последняя дилогия К. Зиганшина «Золото Алдана» подтверждает, что в литературу пришел талантливый, трудолюбивый, с добрым сердцем человек.

Когда я узнал, что Зиганшин написал повесть о старообрядцах, я. право, засомневался: за свое ли дело взялся Зиганшин. Татарин (мусульманин) сумеет ли, думал я, объективно, правдиво показать события исторические, драматические, серьезно повлиявшие на духовность русского народа, его историю? Одно дело писать о том, что ты великолепно знаешь, материал близок, сродни твоей душе (да и сам ты обтаежился!) И совсем другой требуется подход к написанию и показу событий многовековой давности! Где лексика и стиль письма должны быть иными!

И как же я счастливо поплатился за свое сомнение! Читал я роман с упоением! Радостно! Сколько же, думал, он перелопатил исторического материала! Как крепко и без натуги вжился в мир новых героев, людей высокодуховных, нравственных, твердых в своих убеждениях, настойчивых в достижении цели и фанатически преданных Всевышнему!

Надо было иметь немалую смелость, чтобы с головой и доброжелательными чувствами ринуться в глубь веков православия, суметь показать, какие же терна и перипетии русские люди (староверы, последователи неистового Аввакума) преодолели, чтобы сохранить верность старообрядчеству! Уважительно, с любовью показать, какие же силы помогли этим людям достичь намеченной цели! Мне думается, что, будучи мусульманином, К. Зиганшин честно, правдиво показал лучшие черты русского человека, православного. Любовь и уважение автора к своим героям лучезарно высока, искренна. Он любит людей чистых душой, сердечных, чьи помыслы и труды благородны, характеры тверды и надежны для единомышленников...

Показывая трудные, длительные (многомесячные, растянувшиеся на годы!) продвижения старообрядцев на Восток и Север за высоченные горы, где скалы целуются с облаками, а тучи вспарывают набрякшие водой животы, старообрядцы наконец-то обустраиваются. Они валят огромные деревья, корчуют под пашни большие площади, чтобы потом посеять рожь, ячмень... Ограничивая себя в хлебе, люди берегут зерна для посева, как зеницу ока. Откуда у этих изнуренных длительными переходами людей берутся силы, чтобы преодолеть невообразимые трудности? И автор делает однозначный и точный вывод: только вера во Всевышнего, труд, поддержка друг друга, уважение языка и обычаев местного населения позволили пришельцам (старообрядцам) обустроиться на новом месте, где их не могут достать реформы Никона. "Удаление от мира и его греховной суеты, физический труд, молитвы, земные поклоны до изнурения, строгий пост, чтение книг старого письма, беседы с праведниками общины мало-помалу открывали перед Варлаамом всю глубину и гуманность почитаемой этими людьми веры". Так утверждает автор об истоках духовных сил скитников.

Для К. Зиганшина характерно живописание природы Сибири и единство духовно сильных старообрядцев с суровой природой обживаемых ими новых земель. Мы видим, как порою, отчаявшиеся от непосильной борьбы с разбушевавшейся стихией вынуждены отступать люди? Однако они не клянут стихию, принесшую невосполнимые беды, потери... Но в другой раз Природа вынуждена отступить перед упорством и молитвами пришельцев, их несгибаемым духом.

"...Наконец на третий день бичевания речка неожиданно круто повернула, и истерзанные путники увидели перед собой обширную лесистую впадину, защищенную с севера и юга мощными острозубыми хребтами. Более высокий, северный венчался цепью снежных шапок, вокруг которых разбрелись отары кучерявых облаков. Над самой же падью небо было чистое, нежно синее".

Вот такая же "нежно-синяя" проза у Камиля Зиганшина. Убежден, что в литературу пришел щедро одаренный художественным видением мира человек. Его доброе сердце, чуткость и твердая гражданская позиция принесут определенную пользу литературе, которая нынче переживает тяжелые времена. Таких писателей нам сегодня не хватает.

И последнее о чем я хотел бы сказать и особо отметить. Роман «Золото Алдана» - первое художественное и столь серьезное произведение о духовной мощи православия (старообрядцев), написанное с глубоким знанием материала и доброжелательным пристрастием мусульманином!

Хорошо зная работы выдающегося русского философа, глубоко верующего Эдуарда Федоровича Володина, я думаю, что мировоззрение автора "Скитника" Камиля Зиганшина близко по идее его философии. И особо хочется отметить, что книги К. Зиганшина с одинаковым интересом и охотой читают и взрослые и дети! Уверен, что дилогия «Золото Алдана» заслуживает премии имени национального героя Башкортостана Салавата Юлаева.

Член Высшего творческого совета писателей России,
лауреат литературных премий СССР и России
Ямиль Мустафин.





Вернуться к списку рецензий.



 

| Содержание | Фотоальбом | Книги | Дикие животные | Фонд | Библиотека | Ссылки | Форум |

© 2003 Камиль Зиганшин (кругосветные путешествия, книги о староверах, защита диких животных, фотографии дикой природы, писатель натуралист).
Cash Flow Club. Денежный поток и инвестиции. Тренинги в Уфе!.
ООО "ШОК". Сиби Уфа.